Анализ по открытым источникам выявил 1305 человек, которые после участия в «СВО» получили либо сохранили публичные должности в органах власти и окологосударственных организациях. В совокупности они занимают 1311 постов; часть людей меняла несколько ролей.
Ключевые цифры
Данные показывают, что процесс наращивается: в 2023 году идентифицировано минимум 45 назначений, в 2024‑м — как минимум 201, в 2025‑м — не менее 754, а в январе‑мае 2026 года — как минимум 311.
Из тех, кто получил назначения или мандаты после участия в войне: у 447 до этого уже был опыт работы в государственных или муниципальных структурах; 303 имели профессиональный военный бэкграунд; 98 работали в силовых ведомствах. В сумме как минимум 848 человек до «СВО» имели опыт, близкий к госслужбе.
Методика сбора данных
База собрана по открытым источникам: федеральные и региональные СМИ, сайты органов власти и избиркомов, партийные материалы, публичные списки депутатов и кадровые программы. Для первичного поиска использовались инструменты автоматической обработки, затем все записи перепроверялись вручную.
География назначений
Распределение по регионам неравномерно. Лидируют Московская область (76), Башкортостан (41), Татарстан (37), оккупированные Крым и Севастополь (по 30), Самарская область (30), Республика Саха (Якутия) (29), Новосибирская область (28). Далее — Воронежская область (26), Дагестан (25), Челябинская и Иркутская области (по 25), Краснодарский край и Тюменская область (по 23).
Кто получает должности и какие это роли
Чаще всего возвращающиеся с «СВО» занимают муниципальные и региональные кресла: почти половина новых назначений и мандатов приходится на муниципальный уровень — 656 из 1311. Федеральных должностей выявлено 85, региональных — 570. Значительная часть ролей связана с молодежной, патриотической и ветеранской работой, образованием и местной администрацией.
Всего выявлено 559 человек с новыми или сохранившимися мандатами: 384 — муниципальные депутаты, 160 — региональные, 15 — депутаты Государственной думы (в основном сохранили ранее имевшиеся кресла).
Основные каналы продвижения
- Кадровые программы: крупные программы подготовки и трудоустройства участников войны (например, «Время героев» и региональные аналоги) — через них прошло как минимум 446 человек из базы.
- Выборы: муниципальные и региональные кампании дают публичный статус; многие участники идут через партийные праймериз и списки.
- Продвижение внутри существующей карьеры: для бывших чиновников, силовиков и профессиональных военных участие в «СВО» становится ускорителем карьеры.
Роль специализированных подразделений
Через добровольческие отряды и квазиподразделения часто оформляют статус участника «СВО». Примерно 113 действующих чиновников проходили службу в отрядах типа БАРС; 22 из них получили новую должность после службы, 91 сохранил прежний пост, около 30 — были включены в партийные списки как потенциальные кандидаты.
Аналогично отдельные подразделения, связанные с силовыми структурами, становятся каналом для людей, которые после возвращения получают или сохраняют публичные роли. Среди таких подразделений есть и те, где служба чаще носят демонстративный характер.
Проблемы и побочные эффекты
Есть примеры, когда участие в войне использовали, чтобы смягчить последствия для чиновников под уголовным преследованием, а также случаи, когда после возвращения участников задерживали и осуждали по уголовным делам. Также фиксируются и реальные боевые потери среди политиков и муниципальных представителей — минимальная оценка таких погибших в открытых источниках составляет несколько десятков человек.
Перспективы
Запущенные кадровые программы и предстоящие выборы увеличивают вероятность дальнейшего роста числа вернувшихся с «СВО» в органах власти. Партии используют этот ресурс при отборе кандидатов; на очередной волне праймериз и списков значительное число участников войны фигурирует как потенциальные претенденты на разные уровни власти.
Вывод: «СВО» стал заметным фактором кадровой политики — но главным бенефициаром этого лифта оказываются те, кто до войны уже был встроен в управленческую или силовую среду. Для широких слоев участников фронта массового и равного доступа к управленческим постам пока не просматривается.