С начала 2000‑х годов в Россию по программе языковых ассистентов приезжали сотни молодых немецкоязычных специалистов. В статье — истории участников об уходе культурного центра и последствия для диалога между народами.
Власти России потребовали прекратить деятельность организации в стране. Её офисы в Москве, Санкт‑Петербурге и Новосибирске закрылись.
Ранее Германия приняла решение расторгнуть договор с Российским домом науки и культуры в Берлине. Такая мера стала ответом на попытку диверсии с дронами в аэропорту Лейпцига, возложив ответственность на Москву.
За период с конца 2000‑х до начала 2020‑х годов программа языковых ассистентов позволила сотням выпускников и молодых специалистов работать в российских регионах — от Поволжья до Сибири, включая Самару, Ростов‑на‑Дону, Волгоград, Кемерово, Новосибирск и Омск.
Участники одной из последних когорт языковых ассистентов рассказали о своем опыте работы и жизни в России до остановки проекта из‑за пандемии.
Люди везде одинаковые — неважно, где живут
Австриец Левин Вотке прибыл в Ростов‑на‑Дону в октябре 2019 года. В отличие от многих участников, у него был диплом юриста.
После окончания обучения Вотке решил на несколько месяцев отложить юридическую карьеру и провести время в России, изучая русский язык.
В Ростове‑на‑Дону Гёте‑Институт закрепил его за местной языковой школой и кафедрой немецкого языка Донского государственного технического университета; он вел разговорный клуб и организовывал культурные мероприятия, знакомившие студентов с жизнью Австрии.
По словам собеседника, участники были заинтересованы в немецком языке, многие планировали учиться или работать за рубежом, а часть искала просто знакомство с культурой.
В личных беседах редко обсуждалась политика, но многие молодые студенты говорили, что из‑за ситуации в России хотели бы эмигрировать.
Из‑за начала пандемии он вернулся в Австрию и продолжил участие дистанционно.
Этот опыт помог ему понять, что люди повсюду близки; после начала полномасштабной войны в Украине многие не поддерживают вторжение, и в 2022 году он побывал в Грузии, чтобы встретиться с эмигрировавшими туда студентами.
Австриец считает, что закрытие Гёте‑Института отразится на россиянах, стремящихся к западной точке зрения и независимым источникам.
Он считает, что существует множество аргументов, как нужно реагировать на такие ситуации; возможно, Русский дом в Берлине закрыли из‑за угроз безопасности, но для связей с критически настроенными россиянами это разрушительно.
Не хватает воображения, чтобы представить, как восстановить разрушенные связи
Осенью 2019 года немец Рубен Штайн оказался в Кемерове почти случайно: ему требовался педагогический опыт, чтобы сменить профессию и стать учителем.
По его словам, двигало любопытство и желание ближе познакомиться с культурой и жизнью в России. Но в Кемерове ему не удалось найти общий язык с коллегами.
Со мной все говорили по‑немецки, приветствовали как гостя, но любая коммуникация была сведена к необходимому минимуму. Меня как будто избегали.
Тем не менее в Кемерове он познакомился с русскими немцами, которые готовились к переезду в Германию; он поддерживает общение с несколькими студентами.
«Мне хотелось бы узнать, что сейчас происходит у этих молодых людей, которые почти не выезжали за пределы своих городов».
Закрытие института означает «сжечь последний мост» между странами, считает он. Теперь связи между культурами действительно оборваны.
Отношения придется строить заново, и трудно представить, когда появится новый момент сближения.
