Правительство подготовило сокращённую версию закона об ИИ — акцент на больших фундаментальных моделях

Проект закона сократили до 13 статей и переименовали: документ теперь нацелен на поддержку разработки и внедрения крупных фундаментальных моделей ИИ. Убраны отдельные жёсткие требования к «суверенности» и ограничение по использованию зарубежных нейросетей.

Ключевые изменения

  • Общий объём документа уменьшен: вместо 21 статьи — 13.
  • Название изменено на «О поддержке развития технологий ИИ» — фокус смещён на разработку, внедрение и применение больших фундаментальных моделей.
  • Из текста убрано понятие «доверенной» модели, остались классификации «суверенные» и «национальные» модели.

Кого будут считать «суверенными» и «национальными» моделями

В проекте под «суверенными» и «национальными» подразумевают модели, разработанные российскими юридическими лицами. Такие модели должны обрабатывать запросы и хранить данные на территории России, соответствовать действующему российскому законодательству и учитывать формулировку о соответствии духовно‑нравственным ценностям.

Снятые ограничения

Исключены положения, требовавшие обучения моделей только на данных российского происхождения и создания исключительно гражданами РФ. Это ослабляет ранее заявленные барьеры для разработки и внедрения ИИ.

Положение о зарубежных нейросетях

В новой версии нет прямого механизма запрета использования иностранных нейросетей в России. Ожидается, что бизнес сохранит право самостоятельно выбирать технологические решения, наиболее эффективные для его задач.

Оценка для рынка и разработчиков

Представители IT‑рынка и компании указывали, что жёсткие требования прежней версии могли бы увеличить издержки внедрения ИИ, замедлить вывод продуктов на рынок и подтолкнуть часть разработок за рубеж. Многие локальные сервисы опираются на зарубежные компоненты и открытые датасеты, поэтому строгие ограничения угрожали бы их работе.

Коротко: новая версия смещает акцент с универсального регулирования на поддержку крупных моделей и снимает ряд жестких ограничений, что должно уменьшить давление на бизнес, но одновременно оставляет открытыми вопросы о практических критериях «суверенности» и дальнейшем регулировании.