Беларусь надеется извлечь прибыль из подорожания нефти на мировом рынке, но одновременно сталкивается с последствиями закрытия Ормузского пролива, ударами по российским НПЗ и портам и перебоями в работе трубопровода «Дружба».
Почему закрытие Ормуза отражается на Беларуси
Хотя Ормузский пролив далёк от белорусских НПЗ, он влияет на глобальные маршруты поставок и хабы распределения топлива. Ранее ОАЭ выступали перевалочным пунктом для белорусских нефтепродуктов на рынки Азии и Африки, а перекрытие пролива нарушило работу этого хаба. Эксперты отмечают, что поиск новых маршрутов и хабов, например в Омане, займет время и создаёт дополнительные издержки.
Удары по российским НПЗ: как это сказывается на переработчиках в Беларуси
Мозырский НПЗ и «Нафтан» в Новополоцке способны перерабатывать до 24 млн тонн нефти в год. После повреждений российских мощностей часть потоков действительно может перенаправляться в Беларусь, что временно повышает загрузку заводов. Так, экспорт бензина в Россию в 2025 году вырос в несколько раз и составил заметный объём.
Однако выгоду от высокой цены на нефть сводят на нет логистические проблемы и структура спроса: внутрироссийский рынок предлагает невысокие цены, а транспортные ограничения и приоритеты российских экспортеров в портах уменьшают возможности для прибыльного дальнейшего экспорта.
Порты, конкуренция и потеря экспортных маршрутов
Атаки по российским портам и связанные с ними простои в Усть‑Луге, Приморске и Новороссийске серьёзно ударили по логистике белорусского экспорта: через балтийские порты раньше шла большая часть грузов, а после перенастройки маршрутов значительная доля перемещается через российские порты, где возникла повышенная конкуренция и приоритет для российских грузов.
В результате потенциальная маржа при экспорте нефтепродуктов сокращается: даже при высоких мировых ценах продать продукцию по выгодной цене становится сложнее.
Транзит по «Дружбе» сокращается — доходы падают
Через территорию Беларуси проходят северная и южная ветки «Дружбы». Северная в последние годы перекачивала лишь около 1,3–1,5 млн тонн в год, южная — заметно больше. При прокачке южной ветки на уровне примерно 10 млн тонн Беларусь может получать порядка 35 млн долларов в год, северная ветка даёт около 10–15 млн долларов. В сумме это порядка 50 млн долларов — значительно меньше довоенных 230–250 млн.
К тому же решение соседней стороны прекратить транзит казахстанской нефти в Германию может дополнительно сократить доходы от северной ветки, оставив стране лишь часть прежних поступлений.
Выводы
Эксперты сходятся: рост мировых цен на нефть сам по себе не приносит однозначной выгоды Беларуси. Он повышает стоимость импорта и вводит инфляционное давление, а логистические сбои, повреждения портовой инфраструктуры и сокращение транзита «Дружбы» съедают возможные доходы от переработки и транзита.
